Ирина Дрозденко: «Когда ты не дал упасть, не дал развалиться, продолжай поддержку и развивай дальше то, за что ты в ответе»

10 ФЕВРАЛЯ 2014 В 14:54

О путях решения проблем социальной адаптации людей с ограниченными возможностями, в особенности о возможностях их творческого и профессионального развития, рассказала председатель правления Благотворительного фонда социальной адаптации детей и молодых людей с ограниченными возможностями «Место под солнцем» Ирина Дрозденко, супруга губернатора Ленинградской области Александра Дрозденко.

– Скажите, сказывается ли статус первой леди региона на вашей общественной и благотворительной деятельности?

– Конечно, сказывается. Прежде всего, нужно соответствовать уровню моего замечательного супруга, держать планку. Понятно, что в обществе существуют сложившиеся образы, стереотипы восприятия, от них никуда не деться. И от первой леди всегда будут ожидать большего, чем от других. Это не только большая ответственность перед людьми, но и огромное удовольствие от осознания того, что ты действительно можешь изменить этот мир к лучшему, вернуть обществу хотя бы часть потраченных на твое образование и воспитание ресурсов. Мне по-настоящему нравится то дело, которым я сейчас занимаюсь. Прекрасно, когда собственная жизненная позиция совпадает с возложенной на тебя миссией. Очень помогает в работе то, что мы с мужем 18 лет прожили в Кингисеппском районе, поэтому чаяния и надежды жителей Ленинградской области мне близки и понятны. 

Ну а возвращаясь к вопросу о статусе первой леди региона, могу сказать, что сопровождать Александра Юрьевича в поездках приходится не так часто – только в тех случаях, когда формат мероприятия по протоколу подразумевает участие супруги. Гораздо чаще приходится ездить по области самостоятельно.

Первые полгода становления нашего фонда я выезжала «в поля» как минимум раз в неделю. Сегодня вопрос личного присутствия уже не стоит столь остро. Появились новые ответственные сотрудники. А кроме того, стало ясно: чтобы изменить ситуацию в глубинке, необходимо сначала проделать большую подготовительную работу по взаимодействию с государственными и бизнес-структурами, которые преимущественно сосредоточены в Петербурге. Но «звездной болезнью» в этой связи, надеюсь, не заболела. И каждый раз, когда приезжаю в медицинские учреждения, реабилитационные центры, детские дома Ленобласти, общаюсь «с открытым забралом», готовая разделить и радость, и боль тех, с кем доводится встречаться.

Простая легенда

– Как вы приняли решение о создании фонда «Место под солнцем»?

– Вы знаете, у многих известных брендов, в том числе и у НКО с мировым именем, есть легенды об их зарождении. Наш фонд еще очень молодой, но легенда есть уже и у нас. Когда мысль о создании фонда еще только кристаллизовалась, моя приятельница дала мне почитать статью, которая и сейчас лежит у меня в столе. И, пожалуй, в заявлении, что вся деятельность фонда началась вот с этой статьи, есть только доля правды. Статья называлась «Мамкины рассказы». В ней – исповедь женщины, ожесточенной отношением общества к ней и ее ребенку. Прочитав ее, я поняла, насколько распространено среди наших сограждан ханжество в отношении к проблемным детям и их семьям: мол, делайте все, что хотите, но только отведите своего уродца в уголок, в отдельную песочницу, не тревожьте нас, здоровых, не беспокойте наши сердца, не нарушайте личное пространство – не дай Бог, испортите нам настроение внешним видом своего больного ребенка и его слезами.

Статья стала для меня откровением. Осознание ситуации сильно меня мотивировало. (Кстати, вышеупомянутая мама сейчас – один из ведущих сотрудников фонда.) Изменилось мое отношение к таким родителям – от простой жалости до осознания возможности участвовать вместе с ними в улучшении их жизни.

– Удается поменять отношение окружающих к поддерживаемым вами мамам и детям?

– Да, потихонечку мы меняем стереотипы в головах людей, «перекраиваем извилины». Одна из наших маленьких побед заключается в том, что на уровне правительства Ленинградской области возникло понимание: находящиеся под патронатом Комитета по соцзащите реабилитационные центры – это не медицинские учреждения, как обычно это представляется. Ребенок приходит в такой центр не только и не столько для получения процедур. Это место комплексной реабилитации, фактически единственное, куда мама ребенка-инвалида может привести его, как в садик. Другой возможности для дошкольного развития и обучения у таких детей нет. К сожалению, такие центры существуют далеко не во всех районах Ленинградской области. В Ленобласти 17 муниципальных районов плюс Сосновый Бор, а реабилитационных центров, ориентированных непосредственно на детей, – только 12. Поэтому одним из направлений нашей деятельности стало обеспечение оборудованием и помещениями новых реабилитационных центров в тех районах, где их пока нет.

Есть у нас и специальная программа целевой адресной помощи отдельным семьям. Люди обращаются к нам с просьбами о помощи: от приобретения коляски до оплаты обследований в медицинских центрах. Например, недавно мы оплачивали поездку нашей подопечной девочки на лечение в Уфу (у нее множественные сочетанные нарушения здоровья, в том числе проблемы с глазками). Мы работаем напрямую с медицинскими центрами, оплачивая их услуги. 

Все действующие программы фонда (в настоящее время их шесть, а до конца года будет уже восемь) нацелены на интеграцию детей в общество, в детский коллектив, на процессы социокультурной адаптации. Как вы понимаете, без изменения отношения окружающих такая адаптация невозможна. 

Есть еще одна программа интеграции сложных детишек в общество, которая так и называется: «Будем вместе!». Это программа социальной реабилитации в процессе летнего оздоровительного отдыха. Дети-инвалиды и раньше могли принять в ней участие, отдыхая в детских оздоровительных лагерях без поддержки фонда, но мешала одна маленькая загвоздка: государство не предусмотрело средства на питание и проживание тьюторов – сопровождающих лиц. Вот эту проблемную зону наш фонд и закрыл. Параллельно мы помогаем родителям преодолевать комплекс зажатости, чтобы они не боялись и переходили от медицинской модели санаторно-курортного лечения к более широкому формату включенности ребенка в жизнь общества. 

Еще одна программа – «Календарь поддержки» – направлена на социокультурную реабилитацию, на участие в интересных, живых творческих проектах, которые проводит фонд. Например, одной из первых стала акция фонда в поддержку детей с синдромом Дауна через вовлечение их в трудовую деятельность. Как видите, наши программы не изолируют детей от общества, и поэтому общество само вынуждено меняться. 

Миссия выполнима

– Погружение в профессию – это один из прекрасных путей для саморазвития человека с ограниченными возможностями, но, к сожалению, не так много организаций готовы включиться в этот процесс… 

– Да, совершенно верно, но я не устаю повторять: возможности детей с нарушениями, детей-инвалидов ограничены только их здоровьем. Заблуждения, предрассудки и какие-то обывательские установки, существующие в обществе, зачастую необъективны. Ситуация с каждым ребенком индивидуальна. Большинству можно найти подходящее занятие, в том числе ценное для социума. В частности, в нашем фонде работают два сотрудника с ДЦП: один – дистанционно, а другой приходит прямо в офис. 

Реализация профессионального потенциала инвалидов – поле деятельности, на сегодняшний день непаханое. Мы изучаем существующий опыт, собирая его по крупицам. Параллельно пытаемся реанимировать трудовые мастерские, которые славились своими ремесленными изделиями и сувенирами и были раньше почти при каждом коррекционном интернате, детском доме, реабилитационном центре. Как раз сейчас наш фонд ведет работу над созданием Ленинградского областного ресурсного центра социальной и трудовой интеграции молодых инвалидов. Центр будет ориентирован не только на область, но и на Санкт-Петербург. 

Для начала мы хотим создать действующую модель из пяти-шести учебных модулей, на каждом из которых будут обучать не высококвалифицированной работе, а элементам ремесла или этапу какого-то технологического процесса. Важно понимать, что молодой человек не обязательно должен изучить специальность от начала до конца, как это делается в обычных технических училищах, чтобы в итоге стать каменщиком или штукатуром. Если его возможностей хватает только на выполнение определенного участка работы, надо дать ему необходимые трудовые навыки в ограниченном объеме. 

Например, в концерне BMW работают бригады людей с синдромом Дауна, которые плетут электрокабель. Они переплетают проводки, укладывая их в косичку. За такой бригадой закреп-лен наставник – человек, который помогает и отслеживает качество исполнения. Таких примеров мы собрали множество. Cовместно с вице-губернатором Ленобласти, председателем Комитета экономического развития и инвестиционной деятельности Дмитрием Яловым мы собираемся провести круглый стол с представителями среднего и малого бизнеса. С одной стороны, мы хотим определить, какими возможностями для привлечения труда инвалидов обладает бизнес, а с другой – дополнительно повлиять на решение о приеме на работу таких сотрудников.

В первую очередь мы хотим, чтобы гарантированное трудоустройство инвалидов было для работодателей не только обязательством, обусловленным законодательством о квотировании рабочих мест для инвалидов (ст. 21, 24 федерального закона №181 плюс региональное законодательство), но и благородной миссией, которую мы поддержим, обеспечим пакетом необходимых документов. Дальнейшее социальное сопровождение трудоустроенного инвалида мы тоже возьмем на себя. Инициатива фонда о том, что сумма вознаграждения наставника как мера господдержки может быть включена в реестр оказания услуг по оборудованию рабочего места, внесена на рассмотрение Комитета по труду и занятости Ленобласти. 

Мы задумываем ресурсный центр не просто как профтехучилище для инвалидов, а именно как центр развития. Более того, наши эксперты и единомышленники убеждены, что подобные комплексные проекты оказываются в поле деятельности Агентства стратегических инициатив. Убеждена, что сегодня не хватает постоянной, стабильной поступательной политики в сфере системного сопровождения всех этапов жизни инвалидов. Это вопрос стратегический.

– Это важно с точки зрения даже тех же родителей, чтобы они понимали, что родившийся с недугом ребенок, обретя какие-то навыки, не будет просто обузой на всю жизнь, а получит знания и даже профессию.

– Безусловно. Комплексный подход к сопровождению человека на всех этапах его жизни, начиная, если хотите, еще с дородового периода (ранняя диагностика и профилактика отказов от детей очень важны) и заканчивая его дальнейшим воспитанием, обучением и трудоустройством, – это все, по сути, является полем деятельности нашего фонда.

Среди друзей, знакомых нашей семьи есть успешные бизнесмены. И я очень часто слышу клише: «Ну, сколько тебе надо? Ну, вот, возьми, ну, хочешь, коляску куплю?» Приходится отвечать: «Не хочу! Не надо коляски – нужно поехать на место, взять смету у директора реабилитационного центра и посмотреть, что ты можешь сделать, не дублируя государственные функции, что можно сделать, чтобы центр не закрылся и чтобы те 150 человек, которые ходили сюда, продолжали бы ходить и дальше». А следующий этап – это когда ты не дал упасть, не дал развалиться, продолжай поддержку и развивай дальше то, за что ты в ответе. 

Начиная с малого, ты подходишь, по сути, к политике социальной стратегии. Без этого не обойтись, и я отдаю себе отчет, что силами только нашего фонда эту задачу решить невозможно. Именно поэтому каждый раз горячо и искренне взываю к людям, надеясь найти в них тех самых экспертов, тех самых единомышленников, с которыми и при участии которых можно идти вперед.