В башне из водного света

23 октября 2016 в 19:15

В октябре этого года пост главы петербургского «Водоканала» покинул Феликс Кармазинов, бессменно руководивший этим ведомством без малого 30 лет. Можно сказать, что произошла смена эпохи, однако бессменными остаются символы городского водоснабжения – водонапорные башни, вот об их судьбах и хочется рассказать поподробнее

 

Самая известная петербургская водонапорная башня и принадлежит «Водоканалу» – там успешно функционирует Музей воды, один из самых интересных и креативных музеев города. Разумеется, по своему прямому назначению «водоемное здание» (так их именовали в прошлом) не работает, поскольку водопровод сейчас устроен по-другому.

 

На Северо-Западе сохранилось достаточное количество водонапорных башен прошлого и позапрошлого веков. Конечно, наибольшее количество – несколько десятков! – очень красивых и разных башен стоит в Петербурге, но и за его пределами есть на что посмотреть. Советская власть достаточно бережно обошлась с этими сооружениями – ведь они нужны были для обеспечения водой и предприятий, и поселений, и железнодорожных станций. Кстати, первая русская водонапорная башня была построена в Пскове в 1519 году – на 120 лет раньше, чем в Москве.

 

В конце XIX века во многих городах начались работы по созданию городских и усадебных водопроводов, и водонапорные башни того времени сохранились – их можно видеть в Гатчине, Петергофе, Выборге, Печорах, Окуловке, Твери, Вологде и во многих других городах Российской империи. С развитием конструктивизма стали появляться водонапорки в новых традициях, например, в Выборге и Сортавале.

 

Особую нагрузку несли водонапорные башни в промышленных комплексах. Вода здесь была нужна не только для работы машин, но и для пожарных нужд, особенно на текстильных мануфактурах. Огромные башни среди корпусов до сих пор высятся на Кренгольмской мануфактуре в Нарве, на Вышневолоцкой и Костромской фабриках, на многих других предприятиях. Ведь хлопок, с которым чаще всего работали мануфактуры, был очень горюч, и пожар мог стать настоящей катастрофой.

 

Среди производственных водонапорок Петербурга особенно хороша башня бывшего завода «Красный гвоздильщик» на 25-й линии Васильевско- го острова. Это работа замечательного архитектора, художника, теоретика конструктивизма Якова Чернихова. У Чернихова в Ленинграде была собственная Научно-экспериментальная лаборатория архитектурных форм и методов графирования. Построенная в 1931 году, эта водонапорка, по словам критиков, была апофеозом творческих принципов авангарда и пафоса машинных форм. Она была возведена при канатном цехе, тоже новом, на углу кварталов, и была видна в перспективе обеих улиц. Выполненная из железобетона, любимого материала советских авангардистов, башня подчеркнула все его возможности и соединила утилитарность с особой механистической красотой. Резервуар обычной круглой формы, непривычно вынесенный наружу, опирается на довольно тонкие стойки, а в узком высоком стволе башни с вертикальными полосами остекления спрятана металлическая лестница. Все вместе это напоминает гигантский гвоздь – так Чернихов обыграл название завода.

 

Что же касается железнодорожных водонапорных башен, то после отмены паровозной тяги их судьба оказалась незавидной. Ведь их основным назначением было накапливать воду для паровозов, причем резервуар еще и подогревался, чтобы тратилось меньше топлива на преобразование в оды в пар. Главное в паровозе – даже не колеса, их можно сменить, а котел, который занимает всю его «морду». Если котел неисправен – его нельзя заменить, нужно менять весь паровоз. А исправность котла напрямую зависела от воды, которую в него заливали. Каждому паровозу требовалось порой до 60 кубометров воды. Средний пробег без заправки составлял около 100 километров. Расход воды повышала ее жесткость, а накипь могла вывести из строя котел. Поэтому в жесткую воду добавляли и средства от накипи – часто прямо в самой водонапорке.

 

Водонапорные судьбы

Маргарита ШтиглицМаргарита Штиглиц, доктор архитектуры, профессор кафедры искусствоведения и культурологии

Академии Штиглица, специалист по промышленной архитектуре:

– Увы, многое из промышленного наследия Санкт-Петербурга пребывает в удручающем состоянии, и только немногие объекты окружены заботой. Например, водонапорные башни на Шпалерной и в Кронштадте. В случае с башней на Шпалерной улице, архитекторов упрекали в вынесении пожарной лестницы и второго лифта наружу, а также получившуюся стеклянно-металлическую вертикаль. Я сама подписывала это разрешение, работая тогда в КГИОП, потому что это решение позволяло сохранить башню и создать в ней культурное учреждение – без этой лестницы пожарные нам просто не разрешили бы сдать объект. А теперь это решение прижилось, и уже все меньше людей считает его «безобразным».

А вот водонапорка архитектора Чернихова завода «Красный гвоздильщик» меня очень беспокоит, о ней часто пишут, но никто за нее не берется. Это железобетон, он разрушается, пока здание не эксплуатируется. Но даже в таком состоянии этот материал поддается реставрации, например, этим занимается немецкий архитектор Томас Вернер, он часто бывает в нашем городе, по его мнению, башню можно спасти. А использовать ее можно как смотровую площадку – наверху, внизу – сделать кафе или небольшой выставочный зал.

Есть прекрасные образцы в Лесотехнической академии и в Техническом университете, их тоже можно использовать, они все-таки кирпичные. И очень жаль неприкаянную и очень красивую башню на задворках Варшавского вокзала, вокруг которой могут вырасти новостройки. Ее тогда никто не увидит, если раньше не снесут.

 

Когда паровозов не стало, в лучшем случае водонапорки приспособили для водоснабжения станций и окрестных кварталов, в худшем – просто заперли. Впрочем железнодорожники – очень запасливые люди, и если уж у них исправные паровозы припрятаны на черный день (вдруг энергетический кризис грянет), то сберечь водонапорки сам бог велел. Поэтому даже если башня на станции не используется, то она все равно под присмотром бдительного ока МПС.

 

Водонапорная башня бывшего завода «Красный гвоздильщик»
Водонапорная башня бывшего завода «Красный гвоздильщик» на Васильевском острове, построенная в 1920-х годах по проекту архитектора Якова Чернихова пока, увы, пребывает в запустении.

 

водонапроная башня Кронштадта
Построенная в конце 1830-х годов водонапроная башня Кронштадта совсем не
похожа на своих собратьев, обликом своим скорее напоминая церковное здание

 

 

На железной дороге в Сортавале стоит и один из самых красочных образцов конструктивизма – водонапорка постройки 1942 года, то есть финского периода. Здание не так давно отреставрировано и выглядит просто шикарно, не зря удостоившись статуса памятника архитектуры. Правда, мало кто знает, что у этой башни есть родная сестра в финском городе Пиексямяки, что в Южном Саво. Она построена в 1945 году, тоже недавно отреставрирована, теперь здесь культурный центр.

 

А вот в другом уголке бывшей Российской империи – в современной Латвии – есть совсем удивительный пример водонапорной башни. Сквозь пустоту ее кольцеобразного резервуара, как сквозь бублик, проходит… дымовая труба! Таким образом здесь решали проблему подогрева воды – не до кипятка, конечно, но она была уже не ледяная. Стоит это чудо дивное в поселке Стренчи уезда Валка, и построено оно было для психиатрической больницы, как и весь комплекс, еще до революции. Причем до сих пор все работает: и больница, и труба, и водонапорка. Но это, конечно, уникальное явление.

 

А вот что делать с остальными «водоемными зданиями»? Допустим, их отреставрировали. Но поскольку изменилась система водоснабжения, то теперь в городах наливать воду «сверху» не нужно, она подается из подземных резервуаров под напором. Правда, в небольших городах Скандинавии, где есть рельеф, водонапорные башни, поставленные на возвышениях, про- должают действовать по назначению, даже строятся новые, но все они должны находиться выше самого высокого здания города, иначе смысла в них нет.

 

Водонапорная (пристрельная) башня Обуховского завода
Водонапорная (пристрельная) башня Обуховского завода находящаяся в Утки-
ной заводи, была построена в 1898. Году и некоторое время служила для настройки
прицелов орудий, располагавшихся на
противоположном берегу

 

Гидробашня
Гидробашня обеспечивавшая водой Политехнический институт, была построена
в 1905 году в стиле модерн и своим силуэтом навеивает образы сказочного Хогвартса

 

Водонапорная башня в Выборге
Водонапорная башня в Выборге также напоминает средневековую башню рыцар-
ского замка, но пока руки реставраторов до нее не добрались

 

 

Значит, водонапорки надо приспособить под что-то другое. Предложений здесь не особенно много – исходя из объемов помещений и их конфигурации. В основном здесь устраиваются кафе, причем часто только в нижних ярусах, поскольку наверх не только посетителям трудновато лезть, но и официантам. Пока суп на верхотуру доставишь, упаришься. Повыше могут забираться всякие художественные залы и мастерские. Вот, например, в Рыбинске пара художников-реставраторов арендовала водонапорку и активно приспосабливает башню под свои нужды: внизу художественный салон, вверху мастерские. Сходное назначение получила и Певческая водонапорная башня в Царском Селе – там ресторан, кафе и выставочный зал. Эта башня была построена для Орловского водопровода, как и ее близнец – Орловская, тоже сохранившаяся,но принадлежащая «Водоканалу» как техническое здание.

 

Если башня крупная – то там можно устроить полноценный музей, как это сделали в нашем «Водоканале». В 2002 году башня прошла полный капремонт с дальнейшим переоборудованием ее под новое назначение. Архитектурное бюро «Интеркомумниум», проводившее реконструкцию, открыло в Петербурге эпоху возрождения старого промышленного здания – то, что в развитых странах давно стало одной из самых популярных архитектурных тенденций. Музеем стала и другая водонапорка – в Кронштадте, она так хороша собой, что многие считают ее дворцом, а не промышленным сооружением.

 

А вот в шведском городе Кальмар башню, по размерам не уступающую нашей со Шпалерной, использовали по-другому. Там элитное жилье: один этаж – одна квартира. Но шведы вообще большие выдумщики. Они, к примеру, старый элеватор на Гета-канале в Седерчепинге тоже сделали жилым домом! И тоже отнюдь не экономкласса. Любопытно, что жилье в водонапорке есть и в нашем городе – это в бывшем городке Сан-Галли на Петровском острове, правда, там здание невелико, не чета Кальмару.

 

Водонапорные башни, встроенные в производственные корпуса (не стоящие отдельно, как «Красный гвоздильщик»), могут быть использованы, если старую фабрику переделают, к примеру, под бизнес-центр или иное общественное заведение – весьма частое использование. Например, текстильную фабрику в Вышнем Волочке архитектор Никита Явейн предлагает сделать музейно-деловым комплексом, причем над водой (для чего продлить уже имеющийся фабричный канал), а башня-водонапорка войдет в состав гостиницы.

 

Ну и, наконец, есть водонапорки, которые стоят отдельно, и с них открывается чарующий вид. Таково, например, водоемное здание в финском городе Ханко. Оно и само прекрасно выглядит, этакая футуристическая доминанта, и как смотровая площадка пользуется успехом. Есть и другие примеры таких смотровых водонапорок. Так что использовать с той или иной целью можно практически любую историческую водонапорную башню, было бы желание и умение. И деньги…

Татьяна Хмельник