Перевести дух

19 февраля 2017 в 10:31

Промышленный комплекс Северо-Запада приходит в себя после экономического шока. Но темпы его роста пока меньше, чем статпогрешность, а в ряде ключевых секторов продолжается стагнация.

 

В конце прошлого года российская промышленность преподнесла сюрприз, начав восстанавливаться от обвала. Годовая статистика показала рост 1,1% к 2015 году, что почти в три раза превзошло ожидания Минэкономразвития России. Еще в начале осени в этот сценарий трудно было поверить – реальный сектор топтался на месте с темпами роста, немногим выше нулевой отметки. Но ноябрь и декабрь преподнесли сюрприз, развернув ситуацию на 180 градусов. Первый рекорд был поставлен в ноябре, когда промпроизводство выросло на 2,7%, обновив двухлетний максимум. Следующий месяц принес новый рекорд – выпуск подскочил на 3,2% к предыдущему месяцу.

 

Объяснения этому самые разнообразные: увеличение добычи углеводородов, рост государственных расходов, импортозамещение и даже установившиеся холода. Не стоит сбрасывать со счетов и эффект низкой базы – на фоне провального 2015 года любое оживление в промышленности уже выглядит успехом. Наконец, есть версия, что восстановление реального сектора вообще было рукотворным – начало его оживления совпало с изменением расчетной методики Росстата.

 

«Промышленность постепенно адаптируется к кризису, но говорить о ее полноценном восстановлении пока сложно. Потребительский спрос по-прежнему находится на низком уровне, а индекс промышленного производства колеблется вокруг нулевой отметки», – подчеркивает директор Центра прикладных исследований и разработок НИУ ВШЭ в Санкт-Петербурге Евгений Бежин.

 

Нарастить мясо

 

Северо-Запад, если верить Росстату, острая фаза кризиса тоже миновала. Индекс промпроизводства Северо-Западного федерального округа (СЗФО) по итогам 2016 года прибавил 1,3% – против падения на 4% годом ранее. Впрочем, большинство регионов Северо-Запада бежит впереди округа, показывая темпы роста свыше 3%. Лидерство в этой гонке принадлежит Ненецкому автономному округу, нарастившему выпуск на 7,4%. А Республика Коми, где промсектор упал на 4,2%, плетется в хвосте. И в том, и в другом случае решающую роль сыграл добывающий сектор. В НАО добыча ресурсов растет, а вместе с ней и экономика. В Коми, наоборот, добыча идет вниз – сказываются последствия аварии на шахте «Северная», которая была законсервирована, простой нефтеперерабатывающего завода «Енисей», а также проблемы прошедшей через процедуру банкротства шахты «Интауголь».

 

Основной сектор, на котором держится промышленный рост в регионе, – обрабатывающая промышленность. Главным ее мотором определенно остается пищевая индустрия: в прошлом году производство продуктов питания росло в большинстве регионов Северо-Запада. Из общего ряда выбиваются разве что Калининградская, Мурманская и Новгородская области, а также Ненецкий автономный округ, показывающие нисходящую динамику.

 

Подъем в пищевой отрасли – сумма нескольких факторов. Первый из них – подешевевший рубль. После девальвации национальной валюты ценовая привлекательность российской продукции резко подскочила, и местами ей удалось потеснить на полках импорт. Второй – продуктовое эмбарго, перекрывшее кислород поставщикам провианта из Европы и Северной Америки. Наконец, свою лепту внесла и государственная поддержка отрасли, выраженная в компенсации процентов по кредитам, субсидировании закупок сельхозтехники и ряде других шагов.

 

Поступательное развитие пищевой индустрии региона – почти целиком и полностью заслуга мясного комплекса, своевременно заместившего импорт. В основном в этом преуспели производители свинины и курятины. Расширением мощностей они озаботились еще до обвала экономики, и наращивание производства стало делом техники.

 

Другим пищевикам повезло меньше. По логике их дела тоже должны бы пойти на лад, но это в теории. На практике все иначе. Типичный пример – молочная продукция, производство которой стагнирует. Некоторые регионы Северо-Запада могут похвастаться ростом производства сливочного масла или молока, но это скорее отдельные островки благополучия. Ленинградская, Архангельская и Вологодская области на волне импортозамещения увеличили выпуск сливочного масла, Карелия – молока. Развитие отрасли упирается в дефицит качественного сырого молока, низкую рентабельность и длительную окупаемость вложений. По оценке министра сельского хозяйства России Александра Ткачева, дефицит мощностей на молочном рынке составляет 7-8 млн тонн.

 

Динамика индекса производства на Северо-Западе, в % к предыдущему году

 

Курс на конверсию

Сергей Мовчан, вице-губернаторСергей Мовчан, вице-губернатор:

 

– В этом году в Санкт-Петербурге ожидается увеличение гособоронзаказа на 20%. Но не стоит думать о том, что он как манна небесная будет постоянно увеличиваться. Естественно, что гособоронзаказ постепенно будет уменьшаться, даже в силу объективных причин. Условно говоря, для обороноспособности страны не нужны 50 подводных лодок или 16 авианосцев, огромное количество танков. Поэтому необходимо думать о разумной конверсии. Неслучайно губернатором города принято решение о создании комиссии по конверсионной деятельности, где вместе с промышленниками будут обсуждаться направления развития оборонного комплекса. Крупные предприятия с колоссальным ресурсом должны выпускать конкурентоспособные изделия для быта, которые можно поставлять на экспорт, а не сковороды и прочие предметы ширпотреба. Конверсия, экспорт наших товаров и услуг за рубеж и привлечение инвестиций в экономику Санкт-Петербурга – три главных направления, которые мы ставим перед собой.

 

Положительная динамика в пищевой промышленности вообще проявляется очень точечно. И какую-либо закономерность здесь выявить проблематично. Так, Санкт-Петербург увеличил выпуск кондитерской продукции и безалкогольных напитков, Карелия и Коми – хлеба, а Вологодская область – муки. В Ленобласти наблюдается рост производства напитков, табака, какао и шоколада, в Архангельской области – пива.

 

Пищевая промышленность вряд ли станет дальнейшим источником роста, считает профессор кафедры экономики и управления предприятием Санкт-Петербургского государственного экономического университета Елена Ткаченко: «У нее очень небольшой мультипликативный эффект. Это не столько драйвер роста, сколько жизнеобеспечивающая отрасль, позволяющая удовлетворить внутренний спрос на ту продукцию, которая оказалась вытеснена с наших рынков».

 

Химические реактивы

 

Еще одна отрасль, которую вернула в игру девальвация, – легкая промышленность. События здесь развивались похожим образом: сначала спад импорта, затем рост внутреннего производства. В авангарде этого процесса стоят производители швейных изделий (куртки, платья, спецодежда). Рентабельность бизнеса у них выше, чем у текстильщиков и кожанщиков, а износ мощностей ниже.

 

Благодаря девальвации рубля химпрому удалось закончить год на мажорной ноте
Благодаря девальвации рубля химпрому удалось закончить год на мажорной ноте

 

Химической промышленности Северо-Запада тоже удалось закончить год на мажорной ноте. Ее двигают вперед Новгородская и Вологодская области – там базируются ведущие региональные производители минеральных удобрений («Акрон» и «ФосАгро-Череповец» соответственно). Упавший в цене рубль и падение цен на сырье стали для них настоящим подарком судьбы, так как позволили снизить себестоимость производства и развить наступление на внешних рынках. Результат не заставил себя ждать – отраслевые игроки, и прежде прицельно работавшие на экспорт, стали отгружать за рубеж еще больше продукции. Параллельно за счет оживления в аграрном комплексе начало расширяться внутреннее потребление удобрений.

 

Благоприятная конъюнктура позволяет участникам рынка сохранять амбициозные инвестпрограммы. Холдинг «ФосАгро» продолжает строительство нового агрегата аммиака и перерабатывающих мощностей на череповецкой площадке, а также собирается построить в Ленобласти завод по производству экстракционной фосфорной кислоты (стоимость проекта ранее оценивалась в 900 млн рублей). А группа «Акрон» в июле прошлого года ввела в строй агрегат по производству аммиака, мощностью 700 тыс. тонн. Проект стал для предприятия наиболее капиталоемким за последнее время – в него вложено около 500 млн долларов.

 

Адаптивный рост

Дмитрий Ялов, заместитель председателя правительства Ленинградской области по экономике и инвестициямДмитрий Ялов, заместитель председателя правительства Ленинградской области по экономике и инвестициям:

 

– По итогам 2016 года мы однозначно видим оживление по большинству сфер региональной экономики. И промышленность не стала исключением. По данным официальной статистики, опубликованной не так давно Петростатом, индекс промпроизводства в Ленинградской области по итогам 2016 года составил 103,7%. Обрабатывающие производства традиционно показали прирост выше основного показателя (105,7%). По ряду отраслей: металлургии, производству пластмасс, пищевых продуктов, выпуску оборудования и транспортных средств – показатели выросли более чем на 10%.

 

Однако нельзя говорить о том, что промышленный комплекс Ленинградской области лишь адаптировался к неблагоприятным внешнеэкономическим условиям. Дело в том, что санкции и девальвация национальной валюты, а также курс на поддержку импортозамещающих отраслей дали серьезный стимул развитию ряда предприятий, расположенных на территории Ленинградской области. Например, производители химических веществ, удобрений получили дополнительное конкурентное преимущество за счет девальвации и серьезно нарастили экспортную выручку.

 

Падение внутреннего спроса и неблагоприятная мировая конъюнктура не дают металлургам выбраться из кризисной ямы
Падение внутреннего спроса и неблагоприятная мировая конъюнктура не дают металлургам выбраться из кризисной ямы

 

Для петербургского химпрома паровозами стали фармацевтика, косметика, а также бытовая химия. Без пресловутой девальвации здесь тоже не обошлось: потребители стали экономить, переходя на более дешевую продукцию, что в свою очередь сыграло на руку локальным производителям. Фармацевтике пошло на пользу введение правила «третий лишний», которое ограничивает возможности участия в госзакупках иностранных препаратов при наличии двух и более альтернативных заявок от поставщиков из Евразийского экономического союза.

 

Выиграла от слабого рубля и целлюлозно-бумажная промышленность: благодаря экспорту она находится на подъеме. В какой-то момент производители начали отправлять за границу настолько много бумаги и картона, что государство, побоявшись дефицита сырья внутри страны, даже ограничило их экспорт.

 

Правда, в последнее время эффект девальвации для бумажно-картонных комбинатов начал снижаться. Зато в этих нишах наметилась активизация внутреннего рынка. В частности, со стороны пищевиков и легкой промышленности увеличился спрос на тарный картон и бумагу. По прогнозу аналитиков IndexBox, в 2017-2019 годах картон и бумага будут расти быстрее других сегментов леспрома именно благодаря внутренним поставкам. Производство целлюлозы, напротив, держит на плаву экспорт – по данным Федеральной таможенной службы, из России в прошлом году было отгружено на 3,8% товарной целлюлозы больше, чем годом ранее.

 

Тревоги и надежды Северо-Запада

 

Машиностроителям перевести дух пока не получается. Им практически некому продавать свои товары. Исключения есть, но их немного. Так, в Новгородской области растет выпуск кранов, вентилей и арматуры, а также машин и оборудования специального назначения. Санкт-Петербург, Ленинградская и Псковская области в прошлом году произвели больше электротехнического оборудования, чем годом ранее, а отдельные предприятия Коми, Карелии и Псковской области улучшили статистику по выпуску лесозаготовительной техники.

 

Для Калининградской области серьезным подспорьем стал автомобильный кластер – несмотря на сжатие рынка, с конвейера компании «Автотор» сошло на 3% машин больше, чем годом ранее. Ленобласти же импульс для развития дало повышение спроса на продукцию Тихвинского вагоностроительного завода. Предприятию помогло массовое списание парка устаревших вагонов, развитие экспортных перевозок и государственное субсидирование закупок инновационного подвижного состава.

 

Есть у двух регионов и общий источник роста – судостроение. Новыми заказами верфи Калининградской и Ленинградской областей обязаны в основном рыбакам. Колхоз им. В.И. Ленина в прошлом году разместил на Прибалтийском заводе «Янтарь» (Калининград) заказ на строительство трех рыболовных судов за 4,5 млрд рублей, еще шесть траулеров для рыбаков строит Выборгский судостроительный завод. Актуальность привлечения гражданских заказов для судостроителей будет только повышаться – за счет нее им предстоит компенсировать грядущее сокращение гособоронзаказа.

 

«В судостроении нет прироста по выпуску, но есть новые заказы из оборонного и гражданского сектора. Кроме того, эта отрасль с высочайшей мультипликацией. В строительстве судна участвует колоссальное количество смежников, поставщиков материалов», – рассказывает Елена Ткаченко.

 

Согласно оптимистичным прогнозам Внешэкономбанка (ВЭБ), худшие времена у машиностроителей уже позади. Аналитики ВЭБ, в своем макроэкономическом прогнозе до 2020 года, полагают, что уже по итогам 2017 года этот рынок будет расти едва ли не быстрее других. В среднесрочной перспективе экономическая активность на инвестиционном и потребительском рынках увеличится, это позволит компенсировать сокращение производства. Ожидают в этом году увеличения производства в машиностроении и в Минэкономразвития.

 

По мнению Евгения Бежина, основным драйвером для машиностроения является укрепление рубля. «Проседание машиностроения в основном связано с отсутствием отечественных аналогов иностранных комплектующих. Рост курса рубля поможет машиностроителям получить необходимые комплектующие и элементную базу по более доступной цене. Это позволит вытянуть промпроизводство на более заметные величины», – отмечает он.

 

Если в машиностроении надежда на восстановление забрезжила, то в металлургии сохраняются поводы для тревоги. В кризис металлурги оказались меж двух огней. С одной стороны, активность снизили отрасли, генерирующие внутренний спрос на сталь (строительство, нефтегаз, автопром). С другой – штормовая погода установилась на глобальном рынке. Мало того что китайцы, наводнившие рынок дешевой продукцией, обвалили цены на сталь, так еще и Евросоюз ввел антидемпинговые пошлины против российских производителей.

 

Происходящее не лучшим образом сказалось на финансовых показателях сталелитейных компаний. Та же «Северсталь» в минувшем году отчиталась о снижении оборота к 2015 году на 7,5% – до 5,9 млрд долларов. Для сталелитейного гиганта Европа была одним из ключевых рынков сбыта. В 2015 году на него пришлось 51% экспортных продаж и 18% выручки, следует из отчетности холдинга.

 

Рейтинговые агентства уверены, что трудности отрасли будут продолжаться. В Moody’s ожидают падения спроса на сталь внутри России и снижения прибыли сталелитейщиков в этом году. Скептично оценивают будущее черной металлургии и в Fitch. Их прогноз – снижение рентабельности участников рынка в условиях высокой загрузки мощностей и падения внутреннего потребления.

 

До сих пор находится в кризисе производство стройматериалов. Рынок жилищного строительства переживает не лучшие времена, а поток инвестиций в стройку слабеет. Особняком на этом фоне стоит Санкт-Петербург, где в прошлом году вслед за ростом строительства жилья вышло в плюс и производство стройматериалов. Во многом это объясняется государственным субсидированием ипотеки. Также годовая статистика зафиксировала слабый рост индустрии стройматериалов в Карелии и Новгородской области. Тем не менее, перспективы выправления ситуации на рынке пока туманны. Платежеспособность населения продолжает падать, а программа субсидирования ипотеки завершена.

 

Наметившееся оживление в реальном секторе – показатель того, что промышленность сумела приспособиться к новой экономической реальности. Правда, произошло это в основном благодаря слабому рублю, который не очень-то стимулирует бизнес повышать качество продукции. Логику предпринимателей понять можно: зачем стараться, если девальвация все сделает за тебя. Но назвать такую стратегию дальновидной тоже сложно: как только фактор девальвации сойдет на нет, далеко не факт, что отечественная продукция выдержит лобовое столкновение с импортом. «С момента запуска проектов в сфере импортозамещения прошло не так много времени, поэтому отечественные производители вряд ли сохранят конкурентоспособность и объем выпуска в случае существенного укрепления рубля», – подтверждает Евгений Бежин.

Константин Куркин